Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:

Галина Романюк

 — Преподаватель математики и информатики
 — Мама Артёма (9 лет) и Давида (7 лет)

Я прожила большую часть жизни в Казахстане. Там окончила магистратуру по математике, работала в сфере логистики, преподавала математику и информатику. Работать начала довольно рано, ещё будучи студенткой: надо было снимать квартиру, оплачивать учёбу.

Артём родился настолько большущий, что никто не поверил, — мол, не рождаются дети ростом 61 см. Ещё как рождаются!

Беременность проходила хорошо, а вот роды были тяжёлые, на третьи сутки малыш перенёс операцию, обнаружились детский церебральный паралич, гидроцефалия… Мне до сих пор нелегко об этом говорить.

Врачи предлагали отказаться — зачем тянуть такого тяжёлого ребёнка? Но у нас и мысли такой не было. Семья тоже встала на нашу сторону. Мы с мужем были и остаемся верующими людьми, наверное, это удержало нас от сомнений. Значит, таков наш путь, — что тут обсуждать?

В два года Артём сам пошёл. До этого он прошёл множество дорогих реабилитаций, но особенно нам помогла тётя Лена. Она первоклассный массажист и друг нашей семьи, мы её так и звали по‑свойски.

С врачами у нас не сложилось: на любой вопрос мы получали «а что вы хотели, у ребёнка неврология». Аутизм диагностировали только в семь лет. Столько лет упущено!

В Белгороде мы обосновались три года назад. В Казахстане вообще об аутизме никто не слышал, а здесь я перестала чувствовать себя одиноким воином в поле. Есть благотворительные организации, ресурсные классы в школах, врачи, которые имеют представление об аутизме.

Перед школой мы занимались со специалистом по ABA-терапии. Это метод коррекции поведения для детей с аутизмом. Занятия довольно дорогие, но мы ни разу не пожалели об этом: дисциплину развивает отлично, а это хорошо и в школе, и дома.

Сейчас Артём посещает логопеда и занимается музыкой в «Синей птице», окончил первый класс в 43-й школе. Это специальный маленький класс, где у детей есть персональные наставники, собственная программа. Часть занятий проходит с обычными школьниками, например, физкультура и музыка. Я безумно переживала, и учитель позволил мне незаметно присутствовать на уроке. Максимум, на что я рассчитывала от других детей — игнор, лишь бы не агрессия. Но дети оказались очень приветливые и дружелюбные: они сами подходили, здоровались и прощались, хотя Артём не разговаривает. Какое облегчение! Со спокойным сердцем отдадим Давида в ту же школу.

Мои сыновья дружат, и благодаря Артёму Давид растёт замечательным человеком: заботливым, добрым, с открытым взглядом на мир. Он совершенно не считает брата странным, хорошо его понимает, оберегает, не боится странностей в других детях.

В основном мой круг общения — мамы других деток с аутизмом, и часто наши разговоры замыкаются на этих проблемах. Мы сюда переехали в зрелом возрасте, и новых друзей завести оказалось сложновато.

Когда дети в садике или школе, у меня есть время для себя. Я здорово разгружаюсь шопингом, но больше всего люблю цветы. Возня с комнатными растениями — моё спасение в любой день.

Провести время с мужем наедине, спокойно поговорить мы можем только когда дети засыпают. 15–20 минут можно выторговать, дав ребятам пазлы — они это дело любят. Держусь от искушения занять их гаджетами или телевизором.

Пожалуй, я бы хотела вернуться к работе, но сейчас это вряд ли возможно — всё моё внимание сосредоточено на детях, старший особенно требователен в этом плане. Младший сын более самостоятельный, может придумать себе занятие. Думаю, можно вернуться к работе, когда в школу будут ходить оба сына. Это приблизит нас с мужем к мечте: мы строим дом и нам не терпится скорее переехать в своё жильё.

Говорят, что испытания даются человеку в соответствии с его силами. Значит, мы со всем справимся. Это оказалось удивительно — открывать в себе не изведанный ранее ресурс.

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×