Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:

Владислава Мохорева

 — Блогер, менеджер соцсетей благотворительной организации «Солнце в руках»
 — Мама Вани (9 лет) и Ярослава (5 лет)

Я всю жизнь прожила в Белгороде. По образованию я юрист и перводчик, до декрета работала в этой сфере.

С рождением детей моя жизнь наполнилась движением, творчеством и саморазвитием. Ваня ходит в бассейн, катается на лошади, посещает логопеда, танцы, физкультуру и музыку. Ярослав занимается футболом, актёрским мастерством и музыкой. Чтобы везде успеть и ещё выспаться днём, у нас выстроен довольно жёсткий график, за которым я слежу.

Помимо этого я обожаю организовывать семейные праздники и начинаю готовиться к ним за несколько месяцев. Продумываю тематику, сценарий, делаю декорации, шью костюмы, готовлю конкурсы, подарки. Обожаю это! Каждый праздник — это волшебное событие, и здесь я могу развернуться в своём творчестве.

Я веду уроки доброты для детей, пишу в инстаграме о нашей жизни, о синдроме, о радостях и трудностях. Мне легко и интересно об этом говорить, потому что я давно приняла ситуацию, подстроилась под перемены и чувствую себя счастливой. Возможно, кому‑то это будет полезно и вдохновляюще.

Полгода назад я присоединилась к группе мам, которые создали свою благотворительную организацию для детей с синдромом Дауна. Пишу для её соцсетей и занимаюсь связями с общественностью.

Появление Вани на свет стало поводом к переосмыслению жизни. Отвалилось всё лишнее, ушли ненужные люди, а на это место пришли правильные мысли, дела и люди. Первым ушёл муж, ещё на стадии беременности. Сказал, ему рановато становиться отцом. Ну что ж, это оказалось к лучшему. Сейчас мой муж — человек, которого не смутить ответственностью, детьми или их особенностями. 

На 20-й неделе анализ крови показал большой риск уродства плода. Мне не объяснили, что это значит, и я думала, что это ерунда вроде заячьей губы. Когда малыш родился, все вокруг сгрудились, ахают, а я не понимаю — что не так? У меня как пелена была на глазах, видела обычного ребёнка.

Тяжёлым был первый месяц, когда мы обследовались и ждали вердикта. Когда сказали, что у Вани синдром Дауна, неожиданно стало легче: появилась конкретика, и можно было с этим работать.

В это время я была растеряна, родные были в шоке не меньше меня, а заведующая отделением на мои «В чём причина?» просто сказала: естественный отбор.

Я из семьи с хорошей репутацией и вдруг без мужа родила ребёнка, да ещё и с синдромом. В больнице заговорили о том, что малыша не нужно забирать. Я действительно задумалась об этом. Но только на мгновение — поняла, что не смогу жить спокойно после этого поступка.

Главное — собрать побольше информации и разобраться в вопросе. В три месяца мы попали в центр «Даунсайд ап» в Москве, получили нужные консультации, развивающие программы, контакты, но главное — я познакомилась со взрослыми, работающими, красивыми, социально устроенными людьми с синдромом.

Сын считается довольно «тяжёлым»: у него была эпилепсия, передозировка лекарствами, он впадал в кому, врачи констатировали, что его интеллект развить невозможно. Но мне такой расклад не подходит. Я очень упорный и своевольный человек, мы много занимались с Ваней. Люди не так уж и много знают о синдроме Дауна, поэтому полагаться на приговоры не стоит. Стоит пробовать шагнуть дальше.

Сейчас Ваня высокий, стройный красавчик, очень сильный. Внешне совершенно не отличить от остальных детей. Он занимается спортом, творчеством, учится в школе. У него совершенно особенные отношения с животными. Он обожает всех — собак, кошек, лошадей, коров и коз. А они сами тянутся к нему и позволяют с собой делать всё, что ему заблагорассудится.

А как он будет ЕГЭ сдавать? А где работать? А если, а вдруг? Я не думаю об этом. Не занимаюсь проблемами, которые сейчас не актуальны. Настанет время — будем решать, а сейчас и других дел хватает.

Мне всю жизнь говорили — ты не такая, как все, ты особенная. Вот уж точно, даже семья у меня необычная! Я стала гораздо легче относиться к жизни. У меня, к счастью, нет никаких глобальных проблем. Я воспринимаю всё как задачи, которые нужно решить.

А в чём проблема, собственно? У младшего шило в попе, у меня куча своих тараканов, а у старшего — одна лишняя хромосома. Все хороши. Живём дальше, работаем, с тем что есть.

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×